Да уж... У всех у нас служба была не сахар, но тем, кто Афган прошел - особый респект.
Спасибо, Володя, за воспоминания.

Читал воспоминания летчика,выпускника Ейского училища о его совместной службе с Руцким в Афгане,фамилию не помню,но летчик-ас,на Су-25 бомбой попадал в БТР на ходу. Так он описывал случай,когда Руцкой на стоянке при всем л/с ударил инженера полка по АВ за несработавший пиропатрон отстрела то ли бака,то ли бомбового держателя.не помню. Как описывал автор близко к тексту: " подбежал франтоватый с "бачками" инженер по АВ,взял пиропатрон и сказал "разберемся тов. генерал" за что получил мощный удар в челюсть. Будучи жителем г.Курска во времена его губернаторства,оценил его популизм и широкие жесты высыпания роз из вертолета на день рождения его жены.А когда прочел воспмьинания его летчика с описанием эпизода с инженером по АВ.. ( который действия Руцкого не осудил,а даже одобрил) . Не уважаю.....

"Наждак" забавлялся тем,что перед строем заступающих на караул курсантов показывал два пальца в виде "V" и говорил,что это не двое суток ареста за нарушение службы,а пять...

Самая известная история из рассказов "от Халимона", очень коротко. Заходят под вечер к дежурному по комендатуре два бойца-строителя. Докладывают, что прибыли по указанию коменданта Никифорова для выполнения задания: сегодня разобрать печку, а завтра, прямо с утра, начнем складывать новую. Звонить коменданту в нерабочее время дежурный побоялся, т.к. под настроение Никифорова, после смены, запросто мог остаться в комендатуре, но только в другом статусе. Проверив документы солдат, дежурный допустил их к работам. Сделав свое дело, т.е. разломав печку от пола до потолка, оба попросились на ужин, после чего обещали все прибрать, но, главное... успеть на поезд. Уже вскоре дежурный заподозрил неладное и начал принимать меры. Дозвонился в стройбат, проверил фамилии и, как оказалось, оба были дембелями и должны сегодня уехать с ЖД вокзала домой...
Можно только представить, что было под утро с прибытием на службу сначала нач.губа Карлсонса, а потом коменданта Никифорова...

Взаимоотношения коменданта Никифорова с л/с комендатуры были, если мягко сказать, довольно странными. У него постоянно кто то сидел на губе, включая нач.губа Карлсонса и двух штатных бойцов-водителей срочников: водитель его и водитель военного прокурора гарнизона. Хоть на выходные, но по очереди он их сажал, да бы не расслаблялись. У Карлсонса дело шло к ДМБ и он постоянно старался угодить шефу. Каждое утро он встречал Никифорова по особому ритуалу. Приходил на службу раньше коменданта и давал инструктаж дежурному и начальнику караула, что говорить, если Никифоров спросит где он. Дело примерно проходило так. Заходит комендант. Нач.губ уже на службе и стоит за дверью выхода во двор в ожидании коменданта. После команды СМИРНО и доклада дежурного по комендатуре и начкара, Никифоров обычно задавал вопрос: где Карлсонс?
Оба, чуть ли не в унисон должны ответить: уже давно на службе и работает с арестованными. Вызовите его ко мне, говорил Никифоров и заходил в свой кабинет. Карлсонс все это дело слышал, находясь за дверью, и быстро, почти в след за Никифоровым, заходил в его кабинет. Коменданту нравилось такое чинопочитание - типа, еще не успел его вызвать, а он уже тут. Начкар и дежурный ждали его выхода из кабинета и по выражению лица Карлсонса могли прогнозировать, как у них пойдет служба дальше...
Достоверность этой истории(встреча по утрам коменданта нач.гауптвахты) гарантирую, т.к. сам был однажды свидетелем тому, будучи пом.начкара №2.
Оба выше указанных водителя комендатуры, были одного призыва. Однажды, по дембелю, они, регулярно сидевшие на губе, решили отомстить Никифорову, придумав способ, который можно было бы отдельно написать в истории всех комендатур ВС СССР, но это уже совсем другая история.

Леша, может я ошибаюсь, но мне сдается я эти истории уже где то и кому то описывал. Возможно и на этом сайте. Ну да ладно, если это так - повторюсь, можно будет сравнить, а если будут отличия, то совсем не большие и в малых тонкостях. Главное, что они имели место и придуманными не были. Жаль вот только, что я их не все знаю и помню, однако со всех историй я сделал за всю службу вывод: начальниками гауптвахт, с которыми я встречался в ряде гарнизонов, назначали людей, не друживших с головой. В Калининграде, на пример, на гарнизонной гауптвахте, начгубом был танкист роста под полтора метра. Он выкрасил строевой плац (двор своего заведения) красной краской и на построении арестованным говорил: это Красная площадь, а это я - министр обороны (или еще кто то). Потом начинал "повышать" боевую подготовку - тренировку на время. Давал команду ПО МАШИНАМ - и все арестованные должны быстро с положения "в строю" занять место в "боевых машинах" - 4-х мусорных баках, которые стояли по углам "Красной площади". Секундомер выключал по времени закрытия крышки "люка" в последнем баке. И так до выполнения норматива, пока не уложатся в строго отведенное им время.
В Севастополе, во времена 90-х, когда там образовалось два флота, при наличии одной г.вахты, часто проводился "ритуал обмена военнопленных".
Патрули русские ловили матросов в городе, в увольнении украинских, а те наоборот. Утром оба начкара строили своих задержанных в шеренги напротив, как при смене старого и нового караула, и поочереди докладывали друг другу, в присутствии "посредников" сторон - начальников гауптвахт о готовности обмена "военнопленными". После чего представители частей их забирали.Это, конечно же была хохма, но тем не менее это было кем то придумано. В Минском дисбате я наблюдал такую картину: строевая подготовка с бревном на плечах. Бревно метров 8-10 внушительного диаметра лежит на плече 8-10 человек. Небольшая разминка походным шагом, а потом переход на строевой. Не менее интересная хохма проводилась на войсковой г.вахте в Вайнедах...